Интеллектуально-художественный журнал 'Дикое поле. Донецкий проект' ДОНЕЦКИЙ ПРОЕКТ Не Украина и не Русь -
Боюсь, Донбасс, тебя - боюсь...

ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ЖУРНАЛ "ДИКОЕ ПОЛЕ. ДОНЕЦКИЙ ПРОЕКТ"

Поле духовных поисков и находок. Стихи и проза. Критика и метакритика. Обзоры и погружения. Рефлексии и медитации. Хроника. Архив. Галерея. Интер-контакты. Поэтическая рулетка. Приколы. Письма. Комментарии. Дневник филолога.

Сегодня среда, 26 сентября, 2018 год

Жизнь прожить - не поле перейти
Главная | Добавить в избранное | Сделать стартовой | Статистика журнала

ПОЛЕ
Выпуски журнала
Литературный каталог
Заметки современника
Референдум
Библиотека
Поле

ПОИСКИ
Быстрый поиск

Расширенный поиск
Структура
Авторы
Герои
География
Поиски

НАХОДКИ
Авторы проекта
Кто рядом
Афиша
РЕКЛАМА


Яндекс цитирования



   
«ДИКОЕ ПОЛЕ» № 12, 2008 - ПТИЦЫ

Авцен Владимир
Германия
ВУППЕРТАЛЬ





ПРОЩАЛЬНЫЙ КОСТЕР

Двое в лесу — только я и костер.
Боже, какая на сердце усталость.
Думал: прощание — плюнул-растер,
а оказалось,
что показалось.

Как мы ужасно расстались с тобой.
Что с нами сделалось, что с нами сталось
Верили: все переможет любовь,
а оказалось,
что показалось.

Жизнь покатилась, под горку скользя,
все перепуталось, переломалось.
Были товарищи, были друзья,
а оказалось,
что показалось.

Что ж, видно, долю свою заслужил,
и поделом мне от жизни досталось.
Думал и верил, что правильно жил,
а оказалось,
что показалось.

Вот и костер догорает дотла,
вот у меня и его не осталось.
Жизнь моя — вот она, вроде, была,
а оказалось,
что показалось.

ПИСЬМА ДРУГУ

Письмо первое. ГЕРМАНИЯ 2002

Mein liber Freund, привет из Вупперталя!
Германия — не цацки-пецки, брат!
Ну, а серьезно, знаю я едва ли,
сему событью рад или не рад.

Отечества отравлен сладким дымом,
сравнений не смиряю колготню.
Вестфальский дождь не то, что наш, родимый, —
полощет нас по десять раз на дню.

Но леса здесь поярче акварели,
но небо в тихий полдень голубей,
бесстрашие неловленой форели,
нестреляная смелость голубей…

Тут бабушки — ну просто молодицы
(жаль, ты на них не можешь посмотреть) —
не то не разучились молодиться,
не то понаучились не стареть.

У их собак приветливые морды,
и чудится, что с ними заодно
роняют псы приветственное «морген»,
где «утро» с «завтра» соединено.

Меня отныне именуют херром,
на русский слух — веселое словцо.
Но я хорошим выучен манерам,
и делаю серьезное лицо.

Учу язык, врастаю понемногу,
на свой на счет особенно не мня.
Колокола за Дойчланд просят Бога,
надеюсь, что чуть-чуть и за меня…

Письмо второе. ГЕРМАНИЯ 2008

— Почему вы выезжаете из нашего дома
— Много иностранцев…

Из разговора с соседом-турком

— Ой, мужики! Сегодня же, блин,
наша русская масленица!

Из разговора казахского немца
и еврея с Украины

В германских продуваемых вокзалах
зуб на зуб попадает не всегда,
но дюнеров и пицц томящий запах
сулит тепло, как всякая еда.

Тут встретишь нищих — не сыскать голодных,
что, согласись, бывает не везде;
за тот прокорм скитальцев разнородных
зачтется ей на Страшном на суде.

Ты все пытаешь, все тебе неймется,
стал ли родным мне этот новый дом,
как мне здесь пишется и как живется
в кругу разноплеменном и чужом

Я негритянку не завел подружку,
мне не о чем с арабом говорить,
но мы не хаем и не рвем друг дружку.
Хоть, может, просто нечего делить

Как пишется? Да, в общем, туговато —
пяток стишков за год, как я ни тщусь,
но немцы в этом, брат, не виноваты,
у них я лишь хорошему учусь:

подобно им, не бегаю на красный,
ценю тевтонский Ordnung и покой,
секс практикую только безопасный,
но чаще, если честно, никакой…

НЕ ЗВОНЯТ…

Днями солнышко не светит,
а ночами дождь бубнит.
Мне никто на белом свете
пятый месяц не звонит.

Мрут в аквариуме рыбы,
тараканы завелись.
Позвонить друзья могли бы,
что в любви по гроб клялись.

Ни привета, ни ответа —
с миром лопнувшая связь.
Позвонить могла бы Света,
хоть в любви и не клялась.

За окном кричат вороны,
ворон каркает в душе.
Позвонить могли бы жены
хоть и бывшие уже.

Счастья нет на белом свете,
слезы катят по лицу.
Позвонить могли бы дети
хоть какому, но отцу.

Дождь бубнит, не светит солнце,
как бы с горя не запить…
Видно все-таки придется
телефон себе купить.

 

 

* * *

Когда в паутине барахтаюсь маеты
и совсем дохожу до ручки,
я теряю перчатки, теряю зонты —
нахожу авторучки.
Их, наверно, роняет тот, кто хранит меня:
Мол, хошь — кропай стишки, хошь — малюй цветочки,
Только б средь белой ночи иль черного дня
Ты, дойдя до ручки, не дошел до точки…

ОСЕНЬ В ГОРОДЕ

Отыграла свое, отплясала
шалашовка по кличке Кармен.
На скамеечке возле вокзала
греет руки промежду колен.

Позаброшена и позабыта,
дома нет ей вокзала родней,
все паскудство окрестного быта
на лице лиловеет у ней.

Позади и любовь, и злодейство,
впереди никого, ничего…
Осень в городе — грустное действо,
старость в городе — хуже того.

Слезы льет на скамейке Алена —
шалашовка по кличке Кармен.
Осень в городе — черные клены,
запустение, холод и тлен.

Для мороженщиц песенка спета,
минеральная киснет вода.
Вот и все. Вот и кончилось лето.
Будем думать, что не навсегда.

 

 

РАИСА ПАВЛОВНА
(Из цикла «СОСЕДИ»)

«Чем член длинней, тем жизнь короче» —
он на достоинство свое
наколку сделал, напророчив
себе недолгое житье,
и в тридцать из-за рыжей Райки
под хрип и стон, и бабий вой
заколот был в чужом бараке
в похмельной драке ножевой.
Лежат в земле его родные,
соперник «вышкою» уймен,
а Райка дожила до ныне-
шних переменчивых времен.
(Обильных правнуков наседка
получше знала времена) —
Раиса Павловна, соседка,
живет, неслышная, одна,
коптит на том не то ужасном,
не то прекрасном рубеже,
когда склероза от маразма
почти не отличить уже.
И что в ее рассказах бредни,
а что былое, кто ж поймет.
Но раз в году она к обедне
в церквушку ближнюю бредет,
заслышав песню колокольную,
что люд зовет на торжество, —
и ставит свечку упокойную,
хоть вряд ли помнит, за кого…

* * *

Погасло дневное светило

А. Пушкин.

Когда погаснет дневное светило,
свернется небо и утихнет боль,
и станет черной братскою могилой
вчерашний шустрый шарик голубой,
и эти перемены обозначат
страстям людским прискорбнейший итог,
взахлеб, как дети, ангелы заплачут,
хихикнет дьявол, усмехнется Бог,

когда, короче, обернется крахом
затея эта с жизнью на Земле, —
я сам тогда уже пребуду прахом
мильоны лет… И что за дело мне
сейчас до этой сгинувшей планеты,
с чего такая горечь и печаль
Да знаю, знаю: глупость — жалость эта,
дуристика кромешная… а жаль!

* * *

Ольге Бешенковской

Шаги мои неспешны и негулки,
бреду сквозь рощу, пью покоя хмель.
Я полюбил бесцельные прогулки,
в бесцельности которых вся их цель.
Всего-то и работы — дотянуться
до ягоды какой-нибудь съестной,
всего-то и заботы — не споткнуться
о ржавый корень, спящий под травой,
всего-то и делов — не оглянуться
на жизнь, что притаилась за спиной.

* * *

Бурый коршун, за мышью нырнувший в траву,
на тропинке слизняк, и на ветке улитка —
верный знак, что еще не закрылась калитка
в дом, где я с неких пор ненароком живу.

В этом доме не все, как хотелось бы всем —
слизняку под ногой, и улитке, и мыши,
да и коршун хотел бы, наверно, — повыше,
да и я здесь, похоже, не к месту совсем.

Но живем, раз пришли. Кто-то носит корону,
а кому-то и шапку осилить невмочь…
Обмину слизняка и улитку не трону,
жаль, что мыши уже мне ничем не помочь.

 



КОММЕНТАРИИ
Если Вы добавили коментарий, но он не отобразился, то нажмите F5 (обновить станицу).

Поля, отмеченные * звёздочкой, необходимо заполнить!
Ваше имя*
Страна
Город*
mailto:
HTTP://
Ваш комментарий*

Осталось символов

  При полном или частичном использовании материалов ссылка на Интеллектуально-художественный журнал "Дикое поле. Донецкий проект" обязательна.

Copyright © 2005 - 2006 Дикое поле
Development © 2005 Programilla.com
  Украина Донецк 83096 пр-кт Матросова 25/12
Редакция журнала «Дикое поле»
8(062)385-49-87

Главный редактор Кораблев А.А.
Administration, Moderation Дегтярчук С.В.
Only for Administration